В ночь с 19 на 20 июля 2004 года Беслан Арапханов, его жена Римма и дети находились у себя дома в селе Галашки, Ингушетия, когда к ним ворвались десять человек в камуфляжной форме и масках с автоматами в руках. Военнослужащие схватили Беслана Арапханова, связали его, повалили на пол, ударили прикладом автомата. Затем военные обыскали дом, не предъявив ордера.

Римма Арапханова рассказала позднее в показаниях: «Я проснулась оттого, что хлопнула дверь… Я подошла к двери и оттолкнула ее, тут увидела людей, т. е. зверей на двух ногах в военной форме и в черных масках, с автоматами в руках. Горели красные точки на них. Меня сразу оттолкнули к стенке и вчетвером подскочили к мужу… Они с криком «лежать, собака» уложили его лицом вниз на пол… Стали спрашивать, где оружие и боевики. Беслан сказал: "Что вы, ребята, нет тут никаких боевиков". В ответ один из сотрудников прикладом автомата нанес мужу удар по лицу… Я просила не бить мужа, на меня накричали: "Заткнись, сука". Меня повели в детскую комнату и заперли на крючок снаружи. Через щель я видела как Беслана вывели в наручниках… Не прошло и двух-трех минут, как раздались автоматные очереди с правого торца дома».

Беслан Арапханов был расстрелян, и вскоре оказалось, что силовики ошиблись. В дом пришел следовать УФСБ по Ингушетии. Он предъявил Римме ордер на обыск в доме номер 7. Римма Арапханова сказала, что их дом под номером 1, а не 7, и что фамилия ее мужа не соответствует той, что указана в ордере.

Военнослужащие нецензурно закричали на нее, вновь закрыли в комнате с детьми и ушли. Около 9 часов утра местная милиция их освободила.

Беслан Арапханов был похоронен в этот же день 20 июля 2004 года. Свидетель, который помогал в омовении, рассказывает, что "на спине трупа были шесть пулевых ранений, в правом боку одно ранение, в районе предплечья обеих рук, на левой ноге был перелом и пулевое ранение. На грудной клетке одно ранение. Лобная часть головы была разбита, и весь головной мозг вытек… Закрыв все каналы ранения и перевязав труп, мы подготовили его к захоронению".

На похороны приехал заместитель Председателя Правительства Ингушетии Асхаб Мякиев, он сказал вдове: "Вы не думайте, что Президент не поставлен в известность о случившемся, этот случай под контролем у Президента. Президент и ранее контролировал такие операции. Но в данном случае произошло именно так, что поделаешь. Все будет расследовано… То, что случилось – это судьба человеческая, божья воля, что поделаешь".

21 июля 2004 года сотрудники администрации Президента и Правительства Ингушетии посетили Римму Арапханову. Они сказали ей, что ее муж был убит по ошибке, и дали сто тысяч рублей в качестве компенсации за потерю кормильца. Позже эти же представители снова нанесли визит Арапхановой и, осмотрев ее хозяйство, пообещали ей материальную помощь.

Расследование по факту убийства длилось до 2007 года. Никто не был наказан за убийство по ошибке, и заявители подали жалобу в Страсбург.

Правительство России, отвечая на запрос Европейского суда, не оспаривало, что Беслан был убит представителями государства, но отказалось раскрыть материалы уголовного дела. Известно, что следователи не провели осмотр места происшествия, не были назначены баллистическая и/или дактилоскопическая экспертизы. Заявители утверждали, что операция ФСБ не была спланирована должным образом, обыск был незаконным уже по той причине, что ордер на обыск был предъявлен после того, как Беслана расстреляли.

В 2013 году с учетом всех доказательств ЕСПЧ осудил Россию за внесудебную казнь Беслана Арапханова. Согласно постановлению Арапхановы против России, Суд признал нарушение Статьи 2 Европейской Конвенции (право на жизнь), а также нарушение 8 Конвенции (право на уважение жилища), потому что ордер на обыск относился к другому дому и другому человеку, а добиться правовой защиты в России не было возможным. Европейский суд также признал нарушение Статьей 3 и 13 Конвенции. Заявители получили по решению Европейского суда компенсацию материального и морального ущерба.